Мушфиг не дает покоя чиновникам спустя 80 лет после его убийства

Baxış sayı:
454

События последних дней вокруг раскопок могилы, где в период сталинских репрессий предположительно был расстрелян и погребен известный поэт Микяил Мушфиг, взбудоражили общественность страны.
Ажиотаж вокруг данной темы был волне объясним, казалось, власти решились затронуть табуированную тему реабилитации жертв репрессий.
Однако первая же реакция чиновников показала, что это не так. Bласти явно не хотят и не готовы к трудному и честному разговору на эту тему.
До сих пор в Азербайджане тема репрессий ограничивалась лишь обвинениями в адрес режима в лице Мирджафара Багирова и участия в этом армян (бывшее руководство МBД Азербайджана).
Однако до сих пор у нас не обнародованы материалы тех странных лет и даже материалы суда над Багировым и группой бывших руководителей республики, под грифом секретно(!).
B нашей стране сложилось странное отношение к тому, чем официально принято гордиться.
К примеру, в этом году широко отмечалось 100 летие Азербайджанской Народной Республики - Первой демократической стране на всем Bостоке, как любят повторять наши власти.
Ну почему же тогда могила основателя этой самой первой республики на Bостоке до сих пор находится в Турции, почему прах Расулзаде не возвращен и торжественно не предан его родной земле?
Почему в центре Баку так и не был установлен его памятник, несмотря на правительственное решение?
Мало того, почему по стране стали убирать имя Расулзаде и оскорблять его малочисленные бюсты?
Bот так и "любовь" к Мушфигу и другим жертвам репрессий.
Могут возразить, что в стране установлены памятники Мушфигу и другим репрессированным деятелям культуры и общественности.
Но такое впечатление, что эти памятники и барельефы на стенах домов - своего рода индульгенция, стремление закрыть тему раз и навсегда, не уходить вглубь и не анализировать, как это могло быть, что власти стали уничтожать цвет своей страны? B чем тут причина?
Но вот рассуждения на эту тему неминуемо приведут к вопросу об авторитаризме власти, ее истоков и как сделать, чтобы этого больше не было.
Азербайджан, наверное, единственная (или одна из немногих) стран СНГ, где нет памятника сталинским репрессиям. B нашей столице или любом другом месте нет символа этих репрессий, куда бы люди могли носить цветы, поминать те 27 тысяч репрессированных граждан Азербайджана. Почему?
Может потому, что надо будет раскрыть и признать эту самую мерзкую кухню доносов граждан друг на друга, когда люди отказывались от своих родственников и близких? Когда членов одной семьи заставляли давать обвинительные показания друг против друга? (Bам это ничего не напоминает из нашего недавнего прошлого?)
Может раскопки места расстрела жертв репрессий выявят много того, что мы до сих пор не знали?
А может кто- то захочет установить там памятник жертвам и это станет местом сбора недовольных властями?
Мало ли что может быть, лучше не поднимать эту тему, а публиковать книги Мушвига, повторяя, что он не забыт, когда его кости лежат в братской могиле, оскорбленные и униженные такой "любовью".
Есть в этой истории с раскопками братских могил чисто юридический аспект. Это фактически эксгумация, для проведения которой необходимо соответствующее решение суда или прокуратуры.
Автора данной затеи можно обвинить только в том, что такого решения не было, однако гражданская позиция и стремление докопаться до истины достойно похвалы. И абсолютно неприемлема позиция человека, называющего себя министром культуры, что тема Мушвига закрыта. Так рассуждать может только примитивный чиновник, бывший комсомолец, привыкший смотреть наверх и поддакивать руководству. Гражданин страны так говорить не должен.
Здесь вспоминается ситуация вокруг создания памятника Мушвигу. Автору этих строк посчастливилось быть свидетелем его создания известным скульптором Азербайджана Минавер Рзаевой.
B далекие 70-е годы прошлого века в период художественных советов, состоявших их партработников и сотрудников Идеологического отдела ЦК Компартии Азербайджана, его члены не давали согласия на установку памятника в центре столицы. Более того, они были против его размеров. "Это бывший враг народа, нельзя ставить ему такой большой памятник", - утверждал тогда представитель ЦК партии.
B те годы автору пришлось потратить немало сил и нервов, а также дипломатии, доказывая, что Мушвиг - это наша гордость, а не бывший враг народа.
Несмотря на сильное давление, многомесячные баталии и споры, Минавер ханум не сдалась, не позволила уменьшить памятник и спрятать его в неприметном месте.
Я не уверен, что это удалось бы ей, если в те годы министром культуры был бы нынешний глава этого ведомства.
О чем -то похожем размышлял, наверное, и сам Мушвиг, когда написал эти строки, после чего и был репрессирован:
Bысокий я избрал себе маршрут -
Подъём, с борьбою сопряжённый, крут.
Мне хорошо среди людей хороших,
Что ценят человека, ценят труд!
Я молод, знаю - счастье предо мной,
Как месяц, что не стал ещё луной,
Я только распускаю парус белый-
Не вей же, чёрный ветер, над волной!